Смена биофоссилий в последовательных слоях осадочной толщи — единственное прямое доказательство реальности эволюции и основной источник представлений об однонаправленном геологическом времени. Несмотря на столь тесное переплетение интересов, между эволюционизмом и стратиграфией нет полной гармонии. Напротив, уже во времена Дарвина наметились серьезные разногласия, которые, казалось, невозможно урегулировать, не дискредитируя стратиграфию (дарвиновская теория несовершенства геологической летописи) или дарвинизм (внезапное появление высших таксонов). Взаимное разочарование привело к тому, что биологи-эволюционисты, как правило, имеют весьма поверхностное представление о палеонтологической летописи, а стратиграфы не всегда интересуются современным состоянием жизненно важных для них биологических дисциплин.
В наши дни стремительное обновление идейного фонда как геологии, так и эволюционной биологии может привести к необратимому разрыву между ними, если периодически не будут предприниматься попытки (пусть несовершенные) синтеза новых представлений и их ассимиляции теоретической биостратиграфией.
Для меня, как и многих моих сверстников, введением в биостратиграфию явилась книга Д. Л. Степанова «Принципы и методы биостратиграфических исследований» — сжатое изложение основных принципов биостратиграфической классификации и номенклатуры. Монография В. В. Меннера «Биостратиграфические основы сопоставления морских, лагунных и континентальных свит» охватывала круг проблем, далеко выходящий за пределы титульной темы, и способствовала укреплению историко-стратиграфического направления. Одновременно в англо-язычных странах росла популярность хроностратиграфического направления, приобретшего в последнее время немало сторонников и среди советских стратиграфов.
Успех стратиграфической теории во многом зависит от понимания системных свойств анализируемых объектов, помогающего избежать как чрезмерной типизации ранних теорий, так и последующего редукционизма хроностратиграфической школы. Иначе говоря, хорошо, когда деревья не заслоняют леса и не теряются в нем. То же можно сказать и о теории эволюции. Дарвину удалось преодолеть как витализм, так и крайности картезианства. И все же, игнорируя геологические факторы, он не избежал некоторого редукционизма. Естественный отбор — не биоценотический, а биогеоценотический механизм, дающий совершенно различные результаты в устойчивой и неустойчивой среде. Представление о постепенной и непрерывной эволюции несовместимо с таким свойством биологических систем, как гомеостаз.
Возможность построения общей стратиграфической теории вытекает из целостности литосферы, биосферы и других глобальных эволюционирующих систем и их гомеостатических свойств, способности амортизировать внешние воздействия. Благодаря этим свойствам сеть глобальных разломов, атмосфера, биогеоценоз, популяция, геном изменяются не линейно, а скачкообразно, переходя из одного квазистатического состояния в другое. Слоистость осадочной толщи сама по себе — лучшее свидетельство прерывистости геологического движения.
Последовательные квазистатические состояния земных оболочек, запечатленные геологической летописью,— это моменты геологического времени. Стратиграф различает их как классы сосуществующих событий. Именно поэтому стратиграфическая классификация более информативна, чем другие типы классификаций в геологии.